[капает вода]
[электростатический треск]
[Меглин за кадром] День дает человеку пищу,
ночь - голод.
[гул голосов]
[гул голосов продолжается, приглушенно]
Когда галлюцинировал?
Вчера.
Долго?
Не помню.
[врач вздыхает]
- Началось? - Да.
Ты видел онейроид.
Короткое глубокое помутнение сознания.
Твой мозг устал бороться.
Это белый флаг.
А.
Ты ж мне говорил, что у меня есть время. Год.
Ну, зависит от разных факторов.
Лечение.
- Образ жизни. - Ой.
- Я предлагаю лечь к нам. - Не.
Исключено.
Ну, тогда готовься.
Приступы будут чаще…
…промежутки между ними – короче.
- Ну а потом… - Смерть.
Медленная.
С открытыми глазами. Да?
[глубоко вздыхает]
Приведи дела в порядок.
М-м.
[электростатический треск]
[гул голосов]
[Есеня] Ты чувствуешь?
Я тебя люблю.
[следователь] Меглин не выбирал дела.
Ехал куда скажут.
Кроме этого случая.
Командировку в Михайловск он выбил себе сам.
- Я его попросила. - Вот как?
Глухой собирал базу пропавших детей.
По всей стране.
Изучая материалы, я обнаружила, что…
…в Михайловском дети пропадали чаще.
Все из неблагополучных семей, примерно одного возраста.
[глотает]
Когда пропал еще один, я пошла с этим к Меглину.
И только на основании вашей интуиции он решил ехать туда.
Он точно так же сказал.
Слово в слово.
На основании одной моей интуиции.
Он хотел проверить,
есть ли у меня чутье.
[глубокий выдох]
Ну а Ваня в тот день говорил, куда собирается идти?
Да утром!
Сказал: «Мам, я раньше приду. Не хочу в клуб идти».
Я говорю: «Как не идти? У вас же поход мемориальный девятого».
- Шашлыки! - Шашлыки, поход, и идти не хотел?
Ну да. А там из него человека делали.
Если б не прогулял, может, не вышло б ничего.
Это Лешка его подбил!
[дверь открывается]
[шепотом] Те самые москвичи.
Водички мне принеси.
[шепотом] Это Меглин.
Оснований для возбуждения дел,
тем более для их объединения, нет.
Дети эти из вашего списка, они ж все из неблагополучных семей.
Некоторые уже сбегали. Тел не найдено.
Общего у них нет ничего.
- Знакомы они между собой были? - [полицейский] Возможно.
Те двое в «Романтик» ходили.
- Вполне там могли пересечься. - «Романтик»?
Это детский туристический клуб. Наша гордость.
- Кто руководит гордостью? - Вы что?
Нет!
«Романтику» пятнадцать лет. Да столько добрых дел!
Они в туристические походы ходят, они деревья по всему городу сажают.
Мемориальные шашлыки. Да, я в курсе. Фамилию руководителя.
- Анатолий Валерьяныч Головко. - O.
Заслуженный учитель России.
Да он этих детей…
Он их с улицы вытаскивает, он их в семьи возвращает.
Благородно, нечего сказать. Да.
Вам что, так проще, да?
- Вы так работаете? - Звание вы ему пробили?
Да, я, и горжусь этим.
- Что? - Водички.
- Иди отсюда! - Юля.
Можно мне водички?
О, спасибо. А то че-то пересохло все. [откашливается]
На самом деле у нас есть версия.
[поперхнулся, кашляет]
Извините. Что у вас есть?
Тут место есть одно такое… гиблое.
М-м?
Пацаны там часто собираются.
Я вообще думаю, что их никто не убивал.
М?
- Посмотрим? - Конечно.
Че раньше времени панику-то разводить, правильно?
Сколько у нас по стране за год-то пропадает?
Тыщ сто, наверное, да? И ниче.
Нет трупа – значит, жив. Называется «тотальный оптимизм».
Так что не будем терять надежду,
товарищи.
Ну че, поехали?
[дует ветер]
- [женщина] Не надо! - [мужчина] Где?
- Я не могу! - Где?
[сдавленно кричит]
[приглушенно] Где? Отдай! Отдай, я сдохну!
Я сдохну! Я сдохну!
- Отдай! Я сдохну! - Я не могу!
- Отдай, стерва! - Отпусти ее!
Отпусти! Отпусти!
[хнычет] Отпусти…
Ааа! Паша! Не трогай его!
- Заткнись! - [всхлипывает]
- Пашенька… - Мама!
Пашенька!
Мамочка!
[рыдает]
Анатолий Валерьяныч.
Можно я нож домой возьму?
- И я! И я! - Пожалуйста, можно взять?
- А тебе зачем? - Маме покажу.
Нет, нельзя.
Это здесь.
Во!
[звон бутылки]
Бухарики местные здесь пару раз с обрыва падали.
А пацаны постоянно сигают, как их ни гоняй.
Ну а место сами видите какое.
[гудок парохода]
Предполагаю, что они отсюда и сверзились.
Там внизу омут, вообще никакое тело не выплывет.
- А веревка у кого-нибудь есть длинная? - Есть?
Давай пулей, быстро!
Веревка зачем?
Спущусь вниз, может, найду че интересное.
- А! - [шмыгает носом]
- Из примет? - Ну, типа того.
О, спасибо!
Подержите?
- Давай! - Спасибо!
Вы ж тут самый крепкий, как я погляжу, да?
[начальник полиции смеется]
Вот так.
Ну что, все шестеро с обрыва?
Ну а почему бы нет? Место гиблое, да?
- О! Только держите крепко. - А то!
Теперь моя жизнь в ваших руках, да?
- Да. - Держим?
Потянул. Оп! Оп! Оп! Хорошо. Вот теперь так, сейчас, секунду.
Подержи.
- Во как. [издает крик] - [кричит]
Держать, держать начальника! Иначе тюрьма.
[вскрикивает]
Десять лет у него пацаны пропадают, он предполагает.
Какие теперь предположения, а?
[вскрикивает] [бормочет]
Что ты псих!
Я тебя в твоей Москве найду!
- Куда теперь едем-то? - С «Романтиком» знакомиться.
[мужчина] Что главное в нашем клубе?
Кодекс.
Капустин в походе отказался нести рюкзак товарища,
поранившего ногу.
Решил сберечь силы. Струсил.
Здрасте.
Нарушил кодекс.
Как мы с ним поступим? Прошу высказываться.
- Володя. - Исключить!
Костя.
Исключить без права прощения.
- Маша. - Исключить.
- С правом прощения. - Маш, че, влюбилась?
Дебил! А если б тебя так?
Я б у Витька рюкзак взял, а ты с этим можешь из клуба валить.
- Не ты меня принимал, понял? - [Головко] Тихо!
У меня один голос, как у каждого из вас.
Если решите исключить Капустина, так и будет.
Но я прошу вас хорошенько все обдумать.
Мама Сережи умерла. Папа погиб.
Живет он с бабушкой.
Но не бабушка привела его к нам в клуб, а полиция.
Потому что он украл в школе. Не первый раз.
Да, он проявил слабость.
И что мы теперь, возьмем и вышвырнем его на улицу?
Для нас важен кодекс, но важен и человек.
Голосуем.
Кто за то, чтобы исключить Капустина из клуба?
Кто за то, чтобы простить?
Единогласно.
Спасибо.
Не мне, им скажи.
И сделай так, чтоб они потом не пожалели.
Все свободны. Паша.
Задержись.
Что случилось?
Ладно. Иди.
- Вы кто? - Мы из РОНО.
- Зря все это. - Что?
Театр ваш.
Не там ищете, время теряете.
Разве это не вы из Москвы приехали?
[усмехается]
Мы каждого из этих ребят искали всем клубом.
По несколько дней.
Конечно
какая-то моя вина в этом есть.
Не всех удается спасти, но бьюсь за каждого.
Некоторые уходят.
Все-таки я думаю, они живы.
Если с ними, не дай бог, что-нибудь случилось, мы бы их нашли.
- Или спрятали их хорошо. - Даже думать об этом не хочу.
Тогда их никто никогда не найдет.
[шмыгает носом]
Пошли.
[стук в дверь]
Мам? [женщина] Кто там?
Выходите.
Стойте здесь и не вмешивайтесь.
[отец охает, задыхается]
Сознание не теряй.
Помнить не будешь. А я хочу, чтоб ты помнил.
Тронешь их – удушу.
Да так, что все скажут, что сам повесился по пьянке.
Понял?
[задыхаясь] Понял!
[тяжело дышит, кашляет]
Проходите, не бойтесь.
Приглядывайте за ним. Допился.
«Жить,» говорит, «не хочу. Повешусь.»
[кашляет, стонет]
Ну что?
- Готов? - Да.
Почему ты уверен, что они будут здесь?
Парк, аттракционы. Где еще детям быть?
Мы их что, допрашивать будем? Они ж не скажут ничего.
Те, кто обижен, скажут.
Вон белобрысый.
- Он же из «Романтика», да? - Да.
- Привет. - Привет.
Вату будешь?
- Сделайте, пожалуйста. - Часто здесь бываешь?
Второй раз.
А в первый раз где деньги взял? Украл?
- Что? - Деньги откуда взял?
- Я… - Что «я»?
- Я… я не могу говорить! - Куда?
Вату возьми.
[карусельная музыка]
Ну?
Я… мало чего помню.
Я сознание терял.
Расскажи, что помнишь.
[Меглин вздыхает]
Так лучше вспомнишь?
Садись.
Переодевайся.
[щелчок затвора фотоаппарата]
Это ты во всем виноват, сволочь, алкаш поганый!
- Сроду дома нет! - Заткнись!
Что заткнись?
Хоть бы раз пацана нормально покормила!
- Что? Что ты мне говоришь? - С утра до вечера перловка!
- Кто у нас тут кормит кого? - Из ушей уже перловка лезет!
Я денег заработал, дал тебе, сказал: «Купи пацану кроссовки».
Где кроссовки? Где деньги? Шалава!
Ты когда была на родительском собрании?
- Давно его нет? - [ссора продолжается] Давно нет его?
Сутки уже.
Как с утра ушел, так и не вернулся.
Звони.
[крики птицы]
[приближение автомобилей]
[вздыхает] Я тебе последний раз помогаю.
Не знаю, какая у тебя лапа наверху. Ничего не найдешь – лапа не поможет.
Дай пакетик сюда.
- Ну че, пускаем собачку? - Сейчас.
Муня, нюхать. Нюхать.
Вот молодец.
Муня. Искать. Искать. Искать.
На.
[глубокий выдох]
[жужжание осы]
[начальник полиции тяжело дышит]
[охает, часто дышит]
Она что, голодная?
Кормить надо собаку вовремя!
Что стоите смотрите? Назад все!
Быстро!
Ищем этого!
[часто дышит]
[кашляет, задыхается]
[издает стон]
- Сколько детей пропало? - Семь.
Семь.
Раз, два,
три, четыре,
пять, шесть…
Семь!
Что ты делаешь?
Или спрятали их хорошо.
Тогда их никто никогда не найдет.
Земля свежая!
Это виселицы, а это могилы. Кладбище.
Он их закапывал, сверху березки са…
[задыхается]
Где таблетки? Где таблетки?
Ничего не бойся. Я все контролирую.
Ты потеряешь сознание только на несколько секунд.
Зато сколько людей тебе скажут спасибо,
когда я опубликую свою книгу.
Моряки, космонавты,
летчики. Ну что, готов?
- Глубокий вдох. - [делает вдох]
[щелканье затвора фотоаппарата]
[шлепки ладонью]
[дует]
Ну что, по моим следам шел, да?
[смеется]
Халтурщик, а? Хитрая морда, да?
Ну что?
[переговоры по полицейской рации]
[лай собаки]
[лай продолжается]
- Что ты пьешь? - Не знаю, наверное, коньяк.
Я имею в виду таблетки. [тяжело дышит]
Ну что? Будем задерживать?
- Кого? - Толика.
Анатолия Валерьяныча Головко.
Это не он, я ошибся. Ищем дальше.
Почему ты?..
Детоубийца какого наказания заслуживает?
Я б его родителям отдала.
Вам что-нибудь нужно?
Анатолий Валерьяныч, родной! Посмотрите, что я вам привезла.
Извините, пожалуйста.
Палатка чешская, новая, клубу, так сказать, чем можем…
А вот и флаг еще к пятнадцатилетию «Романтика».
По вашим эскизам.
«Романтик»…
[гул голосов]
Это он. Я знаю, ты знаешь. Чего мы ждем?
Надо им доказать. Родителям.
А ты не боишься, что он в этом походе?..
Нет.
Теперь он бояться будет.
[запуск мотора]
- Пока. - Пока.
- Жди меня. - Пока.
- Ждем. - Давай пока.
[раскаты грома]
Ром, давай!
Ну давай быстрее!
[Головко] Рома, смелее. Смелее.
Давай, давай, давай, давай.
- [крики детей] - Не бойся.
Давай, давай, давай. Смелее.
- Давай! - Смелее.
- Он же утонет. - Пусть справляется сам.
- [мальчик] Давай! - Ну что?
Ты романтик или трус? Мужик или мешок?
Давай, давай.
Рома!
Держись, Рома!
Греби, греби сюда. Давай.
Рома! Ну, давай! Рома!
Рома! Греби!
- Давай, греби! - Давай!
Давай, греби!
Рома!
Давай, давай!
Давай, хватайся, Рома. Рома.
- Держись. - Давай. Скорее.
[крики детей, неразборчиво]
Молодец, Рома!
[дети продолжают кричать, неразборчиво]
Молодец.
Герой!
[мальчик] Зачем полез?
- [мужчина] Побольше бы таких. - [женщина] Спасибо!
[мужчина] Молодец, Толик.
[все переговариваются, аплодируют]
Ой!
Толик, ты сегодня грустный какой-то. Что случилось?
Дети.
Запомните этот момент.
Этот вечер.
Это настоящее.
А остальное…
[вздыхает]
Толик…
…я бы хотел, чтобы вы были моим папой.
Я понимаю, нельзя.
Но я бы хотел.
[лай собак]
Подержи меня. Подержи, подержи.
Ну че, пролезешь?
Он получал удовольствие от того, что делал с детьми. Он садист.
Но ты говорил, что такие не могут остановиться.
Тогда почему?
Он убил только семерых. Жертв должно было быть больше.
Или мы не всех нашли?
Это все притвор.
А где-то должен быть и храм.
[учащенно дышит]
[судорожно дышит]
Анатолий Валерьяныч, детей отпустите, устали же.
Да. Конечно.
Все по домам.
Всем большое спасибо.
Пятнадцать лет.
Больше ста походов. И никто никогда.
Ни одной царапины.
- Я любил их. - Любил?
Совершал великие эксперименты,
чтобы детьми гордились космонавты и подводники?
Я никого не хотел убивать.
Никого. Я просто прочитал,
что от удушения наступает амнезия.
Значит, дети не должны были помнить, что ты с ними делал?
Ты спасал их от колонии и наркотиков, а потом убивал. Почему?
Я увлекался. Передерживал в петле.
Что ты делал? Увлекался? - Передерживал? - Уймись.
Я… 20 лет я жил в аду.
Я никогда не хотел женщин.
С женой не получалось.
Это наваждение случилось давно. Еще в детстве.
Ну что, Толик, не переживай.
[Головко] Неважно, кто это был.
Его уже нет. Наш сосед.
А в клубе я хотел защитить детей от всего.
И я должен был разделить это с ними.
Один я не мог. Я не мог этого забыть.
Ну что, готов?
Глубокий вдох.
[делает вдох]
Я старался, но все время видел.
Я хотел прекратить, я хотел покончить с собой.
Пошел в лес, сделал петлю. Я… Я не смог.
Больно.
Вы не знаете, что это, когда всю жизнь больно.
Двадцать лет больно.
Дай руку.
[вскрикивает]
Вот это боль.
Настоящая.
Уходи. Почему?
Ты нам больше не нужна.
Все, что нам надо, у нас есть.
Что нам надо? Веревка, да, Толик?
Я не уйду. Я не согласна. Его должны судить родители, не ты.
Вон пошла.
Пошла вон!
Ну что, Толь?
Давай по-честному.
[следователь] То, что произошло дальше, было вашей идеей?
Вы меня в чем-то обвиняете?
- Просто спрашиваю. - Меглин
всегда делал только то, что считал правильным.
Вопрос, считаете ли вы это правильным.
Да.
[вздыхает]
[крики толпы] [кричат]
[кричит] Сука!
[кричит] Да! Сгори заживо!
[кричит]
[звонок в дверь]
[бульканье кальяна]
Ни фига себе.
Так соскучилась, что даже не позвонила?
Вон пошла отсюда.
[смеется]
- Давай, вон отсюда. - Эй. Ты че делаешь, дура?
Давай, давай, на выход. Давай, давай.
Куда?
[бульканье кальяна]
[кашляет, шмыгает носом]
[смеется]
Да…
Стажировка у Меглина сделала тебя добрей к людям.
Повезло с напарничком, да?
[бульканье кальяна]
[Женя учащенно дышит]
[глубоко дышит]
Че-то не так?